Винченцо Брандонизио: «Важна не мода. Важна элегантность» - Beautiful Lifestyle Magazine

Винченцо Брандонизио: «Важна не мода. Важна элегантность»

Винченцо Брандонизио: «Важна не мода. Важна элегантность»
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в pinterest
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в whatsapp

«Единственное, на что у меня нет времени — это на плохой вкус…»

Bincenzo Brandonicio

Безупречные костюмы, мягчайшая кожа, роскошные ткани, богатая палитра цветов и фактур… Все это — бренд Vincenco Brandonisio, за которым стоит неординарная личность владельца. Сеньор Брандонизио — один из первых итальянских дизайнеров, сознательно вбиравших мировой опыт. Неслучайно его одежда пользуется ошеломительным успехом среди столичных ценителей моды.

Господин Брандонизио, вы входите в пантеон современных небожителей — творцов моды… Каков был ваш путь на этот Олимп?

Важна не мода. Важна элегантность, так как элегантность — вечна. Это главное в моей жизни. Но давайте начнем с самих истоков моего понимания моды. Я родился в Парме (Parma) — самом французском городе Италии (Italy). Мы с отцом работали в одной мастерской. Когда мне было шесть лет, отец отвёз меня во Флоренцию (Florence), где он планировал приобрести коллекцию. Я помню одну очень элегантную женщину в чёрном платье с белым воротником. Она спросила отца: «Господин Брандонизио, этот ребёнок может остаться с нами?» Отец ответил: «Да». Это был один из самых памятных моментов в моей жизни. Там же я увидел, как из дворца Питти вышел сам Эмилио Пуччи (Emilio Pucci). Он даже пожал мне руку — это был исторический момент для меня. Когда я хожу по Москве, каждый раз смеюсь. Не хочу показаться высокомерным, — я люблю всех — но мне смешно видеть псевдо итальянские названия. Есть такое слово «pontovatsya». Знаете, что оно означает?

Это русское слово, не так ли?

Это конгломерат плохого вкуса. До сих пор не могу понять, как они это делают. Вероятно, из-за того, что мода пришла сюда только порядка двадцати лет назад. Я же занимаюсь этим всю свою жизнь. Это не делает меня гением. Я просто постоянно учусь — в этом весь секрет. Единственное, на что у меня нет времени — это на плохой вкус. Также на высокомерных людей. Остальное — философия.

В начале пути моей целью было найти истинное значение элегантности. Облачить людей не просто в качественную одежду, а в изящное воплощение элегантной моды и красоты. Над этим я работаю всю свою жизнь и могу сказать, довольно успешно.

Однако, давайте продолжим про путь дизайнера. Итак: Отец отправил меня на учёбу в Оксфорд (Oxford), где я постигал коммерцию, которая теперь уже никому не нужна. Мне же эти знания пригодились, так как я приехал из провинциального и при этом самого французского города в Италии. Я начал понимать остальной мир. Меня окружали аргентинцы, израильтяне, арабы, французы и прочие национальности. В аргентинцах поражала элегантность. На ужин было принято надевать блейзер и есть при зажжённых свечах. Еда была отвратительной, но это было не главное. Французы говорили о бренди в то время, как я постигал как работает окружающий мир. Учился замечать красоту вокруг себя. В восемнадцать лет я решил покинуть Оксфорд. Так начался период моей работы в американско-английской компании Честер Берри, основанной Саймоном Аккерманом (Simon Akkerman). Фирма производила костюмы в стиле Бриони, но с британским акцентом. Вы слышали о Томе Форде (Tom Ford)?

Конечно! Это один из моих любимых брендов.

Том Форд — гений. Он скопировал стиль Бёрберри и Честера Берри (Chester Berry), но мне при этом нравится, то, что делает Том Форд, потому что они возродили элегантность. Я начал работать на эту компанию в Италии с нуля. До этого я работал у отца, но после прихода в Честер Берри я стал сотрудником отдела доставки. Медленно, но верно, я дорос до отдела дизайна и наконец стал кутюрье. Я узнал многое о ткани, о том, почему определённая ткань может не подходить в некоторых случаях, а также об одежде в целом. Сегодня такой подход почти не применяется. Недавно я прошёлся по Родео-Драйв и заметил, что Бижан, Бриони и Батталья вешают пиджаки на витрину. Остальные магазины выставляют женские туфли, поло Ральф Лорен, куртки и спортивную одежду. В Лос-Анджелесе (Los Angeles) не носят костюмов. Возвращаясь к моей истории, Честер Берри научил меня, как делать костюмы. Я не портной, но понимаю, как они шьются. Не знаю, хорошо это или плохо. Однажды Саймон Аккерман, известный предприниматель еврейского происхождения, решил, что мне нужно поехать продавцом в южную Италию. Мы выбрали самый трудный регион. Вы не представляете, что значит продавать одежду в Сицилии, Калабрии или Апулии. Я ценил каждую минуту, потому что мне было весело. Мне попадались очень требовательные люди. Сицилийцы могут быть элегантными и яркими, но при этом обладают хорошим вкусом. Именно там я начал разбираться, что к чему. Я видел потрясающе одетых людей.

Я обожаю своё дело. Я занимаюсь им очень давно, и каждая минута приносит мне радость.

Господин Винченцо, где вы впервые узнали об элегантности, о которой уже упоминали ранее?

Первый раз отец привёз меня в Англию (England), когда мне было 9 лет. Как-то раз на Оксфорд-Стрит я увидел высокого мужчину с усами и пышными седыми волосами. На нём было пальто — судя по всему, сшитое на заказ, — коричневая шляпа-котелок и галстук-бабочка. Друзья, я никогда не видел настолько стильных людей. Как я уже говорил ранее, либо ты рождаешься элегантным, либо продаёшь хот-доги. Можно прожить целую жизнь и так и не узнать, что такое настоящая элегантность. В общем, я пересёк всю Италию с севера на юг. Везде я выглядел как павлин, и все это замечали. В Неаполе (Naples) я встретил лучшего владельца магазина. Помню радость, которую испытывал, когда работал с людьми моды и моделями. Работа в Харродс понравилась мне больше всего, так как мы создали действительно стоящий продукт, и я уже рекламировал своё имя. Увидев, как серьёзно я относился к работе, мистер Аккерман сказал мне: «Тебе пора ехать в Штаты». В то время Сакс и Барнис уже закупали европейские продукты по низким ценам. Мы решили, что даже если нам три миллиарда раз скажут «нет», то пусть хотя бы один раз скажут «да». Мы предприняли эксперимент. В США (USA) я ходил от двери к двери с чемоданом и практически начинал с нуля то, что фирма делала в Лондоне (London). Три тысячи «нет» и, может быть, одно «да». И мне пришлось иметь дело с самыми разными клиентами, включая американцев еврейско-итальянского происхождения — худшими покупателями на свете. Затем я оказался в штате Флорида (Florida). Майами (Miami) — город «Лица со шрамом» — был именно таким, каким его показали в фильме. Там у меня было 30 клиентов, которые покупали ботинки из крокодиловой кожи и кашемир и за самые дорогие вещи платили исключительно наличными.

Вы по-прежнему дружите с семьёй Бушей?

Да. И не только с ними. Самым впечатляющим клиентом был Султан Брунея (Brunei). Когда мы начинали наш бизнес в России, я спросил моего партнёра: «В каком направлении ты хочешь двигаться — делать классические костюмы?» В итоге решили производить модные вещи. Я всё равно люблю это предприятие, потому что это моё детище. Видели бы вы это место 12 лет назад. Это были первые дни новой России. Можно было увидеть пару-тройку денди, одетых как французские дамы восемнадцатого века. Должно быть, этот стиль почитался в то время. Но мы привнесли немного философии Бижана в страну.

Господин Винченцо, а что вы можете сказать о российских женщинах с точки зрения моды?

О, русские женщины, я вами восхищаюсь. Вы — редкий вид женщин, которые привыкли много работать. Вы всё схватываете на лету. Собственно, мои старания здесь уже не нужны по большому счёту.

Однако, я могу с уверенностью сказать, что дизайнер без музы – никто. В России меня вдохновляете вы, женщины. Ваша непоколебимая вера в самих себя, свое видение моды… Это завораживает!
Свою одежду я создаю от сердца, но действительно хороший образ рождается, когда я знаю, что необходим. Казалось бы, в чем уникальность моего бренда?

В чем же?

Уникальность бренда в людях, которые его предпочитают носить. Настоящий итальянский дизайн и дух моих коллекций совершенно ничто без истинной любви моих клиентов к моде и люксу. Это сочетание и рождает ту самую золотую середину между высокой модой и комфортной повседневностью в моем бренде.

Знаете, существует теория, что любовь, которая с каждым днем не крепчает – самая обычная привязанность. Настоящая же любовь – это искры из глаз, буря и сумасшедшее безумие каждый день с новой силой. Так и мой бренд: каждый день я хочу творить и создавать ещё больше. Каждый день я хочу влюбляться в моду и окружающих меня стильных людей ещё сильнее. Именно в этом и заключается секрет настоящего успеха: просто любить сильнее с каждым днём то, что ты делаешь.

Автор: Мила Гончарова-Легран
Фото: пресс офис Vincenco Brandonisio

Editor Beautiful Lifestyle Magazine
Editor Beautiful Lifestyle Magazine

ТЕГИ

Оставьте ответ
Похожие статьи